com_2 (com_2) wrote,
com_2
com_2

Categories:

Илья Дворкин "Бурное лето Пашки Рукавишникова" (1969)



Бурное лето Пашки Рукавишникова


Повесть о мальчике, нашем современнике. Родители его уехали на целину, и он самовольно отправляется за ними в далёкое путешествие. От многих бед уберегли его ребята-комсомольцы, с которыми он встретился в поезде.

«Детская литература» (Ленинград), 1969 год.
Рисунки А. Сколозубова.





Уж очень было велико искушение. Такая аккуратная, лёгкая на вид коробка стояла на песочке, подставляла свои невинные бока.
Дворник неуклюже подскочил и с размаху двинул по ней ногой, обутой в синий резиновый тапочек. Коробка тяжело подпрыгнула и медленно перевалилась на другой бок.
Дворник так удивился, просто обалдел от изумления, что сначала застыл с выпученными глазами. Но потом заорал и сел на землю. Он сидел и раскачивался, а когда услыхал за забором хихиканье, завопил и стал так ругаться, что тут уж настала очередь удивляться Пашке с Серёгой. Такого им слышать ещё не приходилось.

— Зайчик! — говорил он. — Это же голубая, несбывшаяся мечта моего детства. Я не сумел, а он решился. Зайчик ты мой серенький.
В голосе Володьки была нежность, и Пашка перестал брыкаться.

Пашка видел, как он прилип на миг к толстому, потному дядьке с двумя набитыми авоськами в руках и сейчас же снова оказался рядом с Пашкой.
Генка согнулся, присел, проделал руками непонятные быстрые движения, потом отшвырнул в сторону какой-то тёмный плоский предмет и что-то сунул Пашке в карман.

На Генкином теле живого места не было. Всё оно сплошь было увито голубой вязью татуировки.
Звери, птицы, надписи, бутылки, карты и женщины, женщины, женщины в самых разных позах и видах.
На одну Пашка взглянул и не выдержал — отвернулся, покраснел.
Даже на ступнях были надписи. На левой: «Мы устали». На правой: «Фиг догонишь».

— Ну, заждалась я тебя, Цыган! Ну, заждалась. Думала, не случилось ли чего, думала, не замели ли уж тебя, сокола, по новой, — раздался сзади чей-то писклявый голос.
Пашка оглянулся.
«Старушенция» оказалась здоровенной бабищей, молодой ещё, со свекольного цвета румянцем и круглыми белёсыми глазками.
Она притиснула Генку могучими белыми руками к необъятной груди, обтянутой ярким цветастым сарафаном, и смешно шмыгнула носом. Потом утёрла глазки кулаком-гирей.

— Чего ж непонятного? Вчера родилась, что ли? Носить пацан после меня будет. Передам ему, и концы — улики-то тю-тю, ушли. Да я сегодня пробовал — получается. Только его ещё обламывать надо, голубой ещё. Но это — чушь. Обломается.

И тут снова появился Генка.
— Попался, змеёныш, — прошипел он, — ну, иди, рассчитываться будем.
Пашка понимал, что не удрать, что это бессмысленно, но всё равно упрямо полез по лесенке на крышу.
— Лучше стой, — крикнул Генка и тоже полез, — задавлю, как собаку!
Пашка бежал по крышам, перепрыгивая с вагона на вагон; и слышал за спиной неумолимо приближающийся железный грохот.

От растерянности и страха Пашка укусил кобылу за шею, укусил так, что скулы свело.
Кобыла шарахнулась в сторону, сделала ещё несколько прыжков и вдруг взвилась на дыбы.
Пашка повис у неё под шеей, держась за гриву и дрыгая, как лягушка, ногами.

Внезапно ужас накатил на Пашку.
Никогда в жизни не было ему так страшно.
Ему показалось, что крыша сейчас рухнет, упадёт ему на спину раскалёнными малиновыми углями, сожжёт, изжарит его живьём.

Пашка вытянул над головой руки с козлёнком и бешено замолотил ногами. Ему показалось, что времени прошло очень много, а он всё не выныривал. В тот самый миг, когда дыхание его спёрло и он понял, что ему обязательно, сию минуту надо подышать, и приготовился уже хлебать Иртыш непомерными порциями, Пашка ощутил под ногами дно.

— Да вы что, товарищи! Что вы! Никакие мы не жулики! Мы спички искали. Я батю своего ищу и маму! — тонким голосом закричал Пашка.
Он всё ещё не пришёл в себя, говорил торопливо и нескладно.
— Тамбовский волк тебе товарищ! Батю он в кабине ищет, видали! Батю со спичками ищет! Или маму!

В квадрат просунулась голова с торчащими, как рожки, косичками, завертелась там, что-то высматривая, и вниз медленно поползли широкие кожаные вожжи.
Ремённая петля закачалась перед мальчишками у самых ног.

Где-то очень далеко шли машины, но в ночной, пустынной степи рокот был слышен отчётливо и резко.
Потом показался свет фар. Шесть жёлтых снопов света, дрожа, то упираясь в землю, то вскидываясь высоко в небо, приближались со стороны Кайманачки.
Сомнений больше не оставалось.
Это была погоня.
Машины стремительно приближались.


Бурное лето Пашки Рукавишникова (fb2)


Оригинал книги в формате DJVU с иллюстрациями: http://mp3-kniga.ru/bibliofil/dvojrkin-rukavishnikov.htm.
Tags: Дворкин, книги, любимое
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments